Этнический магазин "Сокровища ИНКОВ"

прпрп

admin — Thu, 02 Dec 2010 15:42:18 GMT

Тагуа - дешево и красиво

admin — Mon, 10 Aug 2009 20:57:49 GMT

Тагуа - это довольно интересный материал который используется для изготовления пуговиц ,различных украшений и т. д. растительного происхождения. Внешне он напоминает слоновую кость , но на самом деле это всего лишь часть ореха пальмы , которая растет в Южной Америке.Также из Тагуа изготавливают бусы , ожерелья , статуэтки и другую радующую глаза мелочь.
Каждый орех этой пальмы уникален и обладает особым узором.Все это придает изделиям из тагуа особый шарм и харизму.
Орех тагуа произрастает на Слоновой пальме (Phytelephas macrocarpa). По своей твердости и цвету орех тагуа прозван "растительной слоновой костью". Орех отлично обрабатывается, полируется. Поддается резьбе и окрашиванию.
Ее свойства - прочность и цвет - соответствуют свойствам натуральной слоновой кости.

Фителефас - (Phytelephas), род двудомных растений семейства пальм с коротким древовидным стеблем и перистыми листьями длиной 3–6 м. Тычиночные цветки содержат многочисленные тычинки (у некоторых видов больше тысячи) и собраны в длинные цилиндрические початки, пестичные – в плотные головчатые соцветия; завязь 4–6-гнёздная, в каждом гнезде развивается по 1 семени. Семена овальные, величиной с куриное яйцо, незрелые – с жидким (в виде млечного сока) эндоспермом; употребляются в пищу; при созревании семян эндосперм становится твёрдым и используется (под название растительной слоновой кости) для изготовления пуговиц, шахмат и др. изделий. Около 15 видов, в тропической Юж. Америке, главным образом в Андах, на высоте до 1500–1800 м над уровнем моря. Особенно ценятся и служат предметом экспорта в Эквадоре и др. странах семена Ф. крупноплодного (Ph. macrocarpa).

Музыкальные инструменты

admin — Fri, 24 Jul 2009 20:41:52 GMT

МУЗЫКАЛЬНЫЕ ИНСТРУМЕНТЫ

Окарина - небольшой глиняный музыкальный инструмент со свистковым устройством, род флейты, имеющий яйцевидную форму. Полая глиняная фигурка изображает индейцев, солнце, луну или сюжеты из древней перуанской культуры . Однако в фигурке есть дырочке. Дуя в одну из них и зажимая другие, можно извлекать загадочные звуки, напоминающие вой ветра. В глубокой древности эти инструменты сопровождали языческие обряды и праздники.

Сампоньо (сампонья, сампони) - многоствольная тростниковая флейта Пана. Распространена в регионе, называемом Альтиплано (Перу, Эквадор, Боливия), т.е. на бывшей территории Империи Инков - Тауантинсуйо. Является родственницей молдавского ная, пито жьоеро индейцев мака, русских кугикл, литовского скудачай и др. «Поющий тростник» - так называли сампони древние инки.
Отличие индейской флейты пана в том, что сампони изготавливается не из дерева, а из тростника (похожего по структуре на бамбук), трубки распологаются не только в один ряд, а зачастую и в два ряда. Тембр у сампони более хриплый (особенно на низких нотах) и насыщенный обертонами.
Разновидностей сампоньо очень много. Условно их можно разделить по размерам на три категории (по длине наибольшей трубки):
1) малые - 8-18 см
2) средние - 20-50 см
3) большие - до 120 см

Флейта Кена - Флейта Анд Кена очень популярна и в наши дни.
Самые древние кены были найдены в захоронениях датируемых III веком до нашей эры.
Изначально изготавливались из костей крыла кондора, бедренной кости человека или ламы, глины и камня, в наше время из бамбука и пластика.
На корпусе 6 отверстий, длина флейты может варьироваться. Существует легенда, что первую кену сделал бедный индейский парень из бедра погибшей возлюбленной, поэтому и звук у кены печальный и трогательный, чистый, как любовь, и таинственный, как смерть…

Индийская флейта Бансури звучит так:

	Путь бамбука - На другом берегу реки
	Скачать Обсудить	Realmusic.ru

а Перуанской музыки много ЗДЕСЬ

Еще Флейта Кена тональности F(фа) для начинающих.

или На этом замечательном сайте, где можно не только прочитать много информации о музыкальных инструментах, но и послушать их звучание

Ловцы снов

admin — Wed, 22 Jul 2009 21:28:59 GMT

Ловец снов — индейский талисман, защищает спящего от злых духов. Плохие сны запутываются в паутине, а хорошие проскальзывают сквозь отверстие в середине. Представляет собой паутину из суровых ниток и оленьих жил, натянутых на круг из ивовой ветви; также на нитке вплетают несколько перьев. Вешают над изголовьем спящего. Такой амулет можно сделать своими руками или купить в сувенирной лавке. По одной из древних легенд старейшина индейского племени Лакота взошёл на гору, и там у него было видение, в котором к нему явился древний учитель мудрости в обличье паука. Пока они разговаривали, паук согнул ветвь старой ивы в кольцо и, украсив его пером птицы, стал плести вокруг кольца паутину. Он говорил о том, что этот ивовый круг символизирует круг жизни человека: младенец рождается, вырастает, вступает во взрослую жизнь... Потом он начинает стареть и берёт на себя заботу о новых младенцах. Так круг замыкается. Обруч из лозы также символизирует жизненный путь человека. Говоря это, паук плёл свою паутину, и только в её центре осталось отверстие. Тогда он сказал: «Есть множество дорог по которым двигается человек – каждый сам выбирает свой путь. И в каждый момент жизни человеком владеют страсти. Если они добрые – то направляют его по верному пути, а если они злые – человек идёт по ложному пути. Паутина – это идеальный круг, но в самом центре есть отверстие. Теперь она поможет поймать твои добрые мысли и достичь верной цели, а злые мысли уйдут через отверстие.» С тех пор индейцы этого племени начали плести символические ловушки из паутины. Ловец Снов представляет собой амулет, защищающий сегодня большинство людей от ночных кошмаров. По поверьям её отверстие в центре пропускает через себя только хорошие сны, а дурные сны остаются в сети до тех пор, пока утреннее солнце не развеет их. В традиционных учениях роль Ловца Снов несёт в себе дополнительную нагрузку, поскольку она связана с видениями (включая сны) и не предотвращает от тревожных снов, которые передают важные послания человеку, которого они посещают. Ловец Снов гарантирует, что её владелец не будет испытывать раздражающих, неуместных или же обманчивых видений и также поможет своему владельцу фильтровать и интерпретировать сны. Наиболее распространённая форма Ловца Снов – это круг, который представляет собой всё вечное – Жизнь, Солнце, Вселенную. Идеально подходящее место для Ловца Снов у изголовья Вашего обычного места для сна – там, где его сможет встретить утреннее солнце. Это позволит солнечному свету высветить и развеять все запутавшиеся в сети дурные сны. Являясь не только эстетически выдержанным предметом, украшающим Ваш быт, Ловец Снов несёт в себе и глубоко позитивный заряд, призывающий Вас научиться с его помощью управлять собственными сновидениями. http://ru.wikipedia.org/wiki/ http://www.ethnolife.net/Pages-view-15.html

Пончо

admin — Thu, 02 Jul 2009 20:57:15 GMT

ПОНЧО — древнее одеяние, шерстяной плащ с незамысловатыми узорами. Скажете — слишком просто? Это не так! В узорах пончо зашифровано послание инков, которое нам предстоит разгадать.
История возникновения пончо затерялась где-то в горах Центральной и Южной Америки. Традиционная латиноамериканская одежда в форме большого прямоугольного куска ткани с отверстием для головы посередине называется испанским словом "poncho". Но слово это заимствовано из древнего индейского языка кечуа, официального языка империи инков, на котором и теперь разговаривают около 10 миллионов человек в Боливии, Эквадоре и Перу.
Как правило, традиционное пончо не отличается ни размером, ни разнообразием кроя. Чаще это прямоугольник шерстяного полотна размером 1,5 на 1,5 метра и довольно "увесистый". Что же в нем такого особенного и почему мы сегодня охотно возвращаемся к этой одежде всякий раз. когда хочется согреться и помечтать?

СОКРОВИЩЕ ИНКОВ

Никто уже не сможет назвать точный год или хотя бы век, когда появились первые пончо. Знают только, что изобретение это древнее и появилось еще до эпохи завоевания Патагонии испанцами-конкистадорами. Пончо были типичной одеждой в племени индейцев Араукано, а позднее и других жителей Анд.
Инки изготавливали пончо из самой лучшей шерсти копытных одного вида с диким гуанако (животным семейства верблюдовых, одомашненным еще за несколько тысячелетий до господства инков на этой территории) — гуанако, лам, альпак и викуний.
Из шерстяных окрашенных ниток индейцы ткали полотно с яркими геометрическими узорами. На первый взгляд эти узоры могут показаться примитивным нагромождением отдельных элементов и красок. Но на самом деле в них зашифрованы тайные знаки и символы, повествующие о битвах и подвигах богов (которых у инков было огромное множество), о духах-покровителях и дальних неведомых странах. Часто в узоры вплетались изображения хищных птиц и фигуры людей. В общем, пончо стали отображать то историческое наследие, которым обладали древние племена, и даже то, что только рисовало их воображение.
Кроме узоров, огромное значение имел цвет этой одежды. Цветовая гамма пончо отражала цвета окружающей природы именно той местности, где он был сделан. Эта одежда и цветом, и составом ткани рассказывала сразу, из какой местности тот или иной человек. Даже если индеец переезжал в другое место, то не менял своей исконной одежды.

ГОРОД МАСТЕРОВ

В те далекие времена, как, впрочем, и сейчас, основным критерием хорошего пончо было качество шерсти. Дело в том, что у гуанако, ламы и альпаки она разная (у альпаки — более мягкая и тонкая). А викуньи вообще не имеют себе равных, недаром шерсть этих животных считается самой редкой и дорогой шерстью в мире.
Из шерсти ламы ткали самые грубые пончо для простых людей. Ткань грубого качества называлась аваска. Более тонкую ткань из альпаки (она называлась компи) использовали для пончо вождей и старшин. Самая тонкая ткань из шерсти викуньи предназначалась только для вельмож.
Пончо изготавливалось из единого куска тканого полотна, который никогда не кроили, а сразу ткали. Мастера жили в определенных районах древнего Перу и занимались только изготовлением пончо. Грубую ткань обычно ткали женщины, а самую тонкую — только мужчины. На самом побережье, где климат был жаркий, пончо делали из хлопка.
В древнем Перу процесс изготовления пончо напоминал скорее работу художника, который творил очередной шедевр, чем обезличенный конвейер на ткацкой фабрике. И это творчество уходило корнями в глубокую и было неразрывно с ней связано. Все традиции передавались и береглись мастерами, которые продолжают писать летопись и по сей день.
В наши дни в Мехико проводятся ежегодные красочные ярмарки пончо, на которые съезжаются почитатели и коллекционеры из многих стран. Чего там только ни увидишь! Из Мексики — тонкие и мягкие пончо из ламы, в которых ярко-алый цвет переплетается с зелено-черным орнаментом. Из горных районов Южной Америки — толстые, очень теплые, в которых никакой холод ветер не страшен. Немного колючие и черные пончо из неокрашенной шерсти. На изготовление одного пончо и теперь требуется очень много труда и времени. В среднем мастер, работая по 8—10 часов в день, управится только за месяц.

МОДНОЕ ОТКРЫТИЕ

Представьте себе, что модельеры "открыли" пончо только в 60-х годах XX века! Первыми их почитателями были хиппи. Очевидно, им пришелся по душе свободный крой и удобство, возможность согреться иди использовать пончо как подстилку. К тому же какой хиппи не оценит настоящую ручную работу и оригинальность! Именно с их легкой руки национальный символ Южной Америки разошелся по всему миру, причем в таких невероятных вариациях, что сегодня, пожалуй, его можно отличить разве что по неизменному отверстию для головы и отсутствию рукавов. Во всем остальном — ткани, форма, цвета и декоративные элементы — это уже совсем другие пончо!
Модницы совсем не случайно полюбили эту одежду: широкий покрой способен скрыть любые "погрешности" фигуры, делая образ женщины еще более женственным и загадочным. К тому же пончо выглядит намного элегантней, чем, например, объемный свитер. И чувство защищенности не покинет вас, когда вы в пончо.
Одним из первых дизайнеров, заинтересовавшимся пончо, стал американец Майкл Коре, который использовал для своих моделей вязаный мех. Из трикотажной ткани с разноцветными полосами были созданы модели от Vince, а в традиционную клетку — конечно, от дома Burberry. Стелла Маккартни пару лет назад предложила сменить шарф на короткое, облегающее мини-пончо. А Джон Гальяно предпочел теплое и мягкое пончо-плащ с роскошной брошью-застежкой. И особо отличился Дом Dior, создав воздушное полупрозрачное пончо с ажурной вязкой и длинными кистями, ставшее главным украшением для вечера.
Как видите, для пончо используются совершенно разные материалы — от легкого шелка, декоративных тканей, трикотажа до плащевых тканей, флиса, драпа. Вам захотелось пончо, а творения великих дизайнеров вам не по карману, да и поездки в Мексику не намечается? Свяжите или пошейте пончо сами! Рисунок и декор тоже имеет значение. На своем полотне с помощью узоров, аппликации и вышивки вы сможете написать собственную летопись, не хуже, чем у древних инков.

Ссылка на материал: http://www.eramod.ru/index.php/moda/102-sherstyanaya-letopis

Уайруро

admin — Mon, 22 Jun 2009 01:29:29 GMT

Гуайруру, вариант уайруру — семена дерева Ormosia
amazonica, произрастающего в амазонской сельве. Ядовиты, используются индейцами для изготовления ожерелий и браслетов, выполняющих роль оберегов. Само слово в буквальном переводе с языка племени шипибо-конибо означает «Глаз Дьявола» из-за того, что внешне напоминает красный глаз с черным зрачком. При изготовлении оберегов зачастую комбинируется с зубами и костями различных зверей, пресмыкающихся и рыб, а также плодами священного дерева канело. Обереги данного типа по мнению индейцев защищают от сглаза, порчи и неудач, приносит счастье и богатство. В действительности такой оберег может вполне реально защитить своего хозяина от укуса в шею в силу высокой токсичности гуайруру, что интуитивно чувствует большинство высших животных.

В последние годы подобные обереги активно импортируются в Россию.

Растаманы - кто это?

admin — Tue, 24 Feb 2009 22:06:53 GMT

Быть "растаманом" нынче модно... Молодые люди в красно-желто-зеленых беретах, дредах (руководство по изготовлению которых печатают престижные журналы), наслушавшись "регги" вроде Оли Арефьевой, святотатственно приплетая имя Джа по любому поводу, часто пытаются "врубать" нас в необходимость курения травы для познания Бога, Истины... Hам кажется, что зачастую весь вруб на этих формалистических заморочках и пагубной привычке заканчивается... Hе собираясь врубать кого-то во что-то, мы все же печатаем статью из детской энциклопедии "Религии Мира". Движение растафари, широко распространившееся сейчас практически по всему миру (может быть, за исключением Азии), зародилось среди чернокожего населения Ямайки в начале нашего столетия. У его истоков стоял Маркус Гарви (1887-1940), известный как видный активист движения за репатриарцию негров (их возвращения на свою историческую родину), а также как пророк и предсказатель. Именно он создал первую организацию растафари -- Африканскую ортодоксальную церковь, что стало по сути началом этого движения. Маркус Гарви, будучи сам чернокожим католиком, вдохновил своих последователей тем, что объявил Христа и Адама чернокожими, всех чернокожих -- "черными израильтянами", а Эфиопию -- "истинным Сионом". Кроме того, он предсказал появление в Африке могущественного короля, способного принести свободу всем чернокожим. Им был объявлен эфиопский Рас (принц) Тафари Маконнен (1892-1975), в 1930 г. возведенный на трон как король Эфиопии Хайле Селласие I. Растафари (их также называют "растамане" -- "люди раста" -- или просто "расты") восприняли Хайле Селласие не только как чернокожего Мессию и борца за справедливость, но и как живого Бога -- Джа. Движение растафари не имеет какого-либо четко сформулированного кредо, что до сих пор не позволяет некоторым исследователям определить, что же это -- политическая партия или религиозная организация. Сами же растафари рассматривают широкий разброс идей внутри движения как добродетель, а свое движение чаще всего представляют не как религию, философию или какую бы то ни было организацию, а как "тотальность всего жизненного опыта", как активную попытку воплотить волю Джа (Иеговы).Как правило, растамане разделяют идею равенства всех людей перед Джа. Однако считается, что более всего он благоволит к чернокожим, богоизбранному народу. Растамане уверены в том, что христианские проповедники исказили суть учений, изложенных в Библии. Расты предприняли даже попытки "реставрировать" текст Библии. Одной из таких попыток стала "Холи (святая) Пиби" -- оккультная Библия, переведенная с амхарского языка, в которой наряду с историей Вавилонского пленения (рабство чернокожих в странах Запада) предрекается разрушение "белого Вавилона" и возвращение "чернокожих израильтян" в Африку, истинный Сион. "Холи Пиби" признана растами в качестве источника литургических текстов. Существуют коммуны растаман. Hекоторые из них разделены по половому признаку и напоминают монастыри. Однако чаще всего растамане живут обычной жизнью, не оставляя общество. Ортодоксальные расты отказались от мяса, алкоголя и являются пацифистами. В противовес распространенному представлению, что все расты обязательно курят ганджу (марихуану), настоящие расты не употребляют ее совсем. Многие расты-учителя выступают за контролируемое курение "травы мудрости" с целью достижения определенных медитативных состояний и как акт "ублажения Бога благовониями". Однако некоторые официальные организации движения растафари, например Ортодоксальная церковь Эфиопии, выступают против этого, считая такую практику очень вредной, опасной и разрушающей здоровье человека.Растамане впервые появились на Западе в 50-е гг., а к концу 70-х их движение стало уже очень заметным как в европейских странах, так и в Америке, Австралии и Hовой Зеландии. Рост этого движения в значительной степени стимулировался широким распространением и популярностью музыки рэгги -- и в особенности, песен Боба Марли (1945-1981). Благодаря его творчеству послание растафари разнеслось по всему миру. Растафари легко можно узнать по их внешнему виду -- во многом они напоминают хиппи. Часто их головы украшают разноцветные береты. Традиционные цвета растафари: красный -- символизирующий кровь всех борцов за свободу, черный -- цвет кожи последователей движения, зеленый -- означающий надежду на освобождение и золотой -- цвет флага Ямайки.

http://neformalz.narod.ru/rastaman.html

Народ Кечуа

admin — Fri, 30 Jan 2009 05:22:21 GMT

Кечуа, кичуа, индейский народ в Перу, Боливии, Эквадоре, на северо-западе Аргентины и севере Чили. Численность 14870 тыс. человек, в том числе в Перу 7700 тыс., Боливии 2470 тыс., Эквадоре 4300 тыс. человек. Говорят на языках кечуа. Диалекты северо-центральной части горного Перу наиболее отличаются от остальных. Письменность на основе латинского алфавита. Верующие — католики.

Во второй четверти XV века в Андах возникло централизованное государство (империя Инков или Тауантинсуйу). В инкский период сформировалась народность кечуа, была создана высокая культура. После испанского завоевания в 1532 и кампании по борьбе с язычеством в 1570-х годах кечуа приняли католичество, сохранив, однако, много традиционных верований. Попытка восстановления империи Инков в 1780 была подавлена, но движения (в том числе вооружённые) под этим лозунгом существуют до наших дней. С 70-х годов происходит массовая миграция кечуа в города, главным образом в Лиму. Основное занятие — террасное орошаемое земледелие (картофель и другие клубневые культуры, зерновые типа проса — киноа, каньиуа, в долинах — кукуруза, ячмень, пшеница). Основное орудие — чакитаклья — заступ с поперечным выступом для ноги; в долинах применяется примитивный плуг. В горах большое значение имеет скотоводство (лама, альпака, в колониальный период — овцы). До появления грузовиков в середине XX века лама имела большое транспортное значение. Среди народных ремёсел распространено производство тканей: в горах — из шерсти, в долинах — из хлопка. Прядением занимаются мужчины, женщины и дети, ткут обычно мужчины. Распространён примитивный ткацкий станок. Развиты выделка фетровых шляп, плетение шляп типа панамы, изделий из тростника, изготовление лепной керамики, калебас, золотых и серебряных украшений, резьба по дереву.

Сельская община, в основном эндогамная, управляется выборным старейшиной и его помощником (варайок). Брак неолокальный.

Поселения в долинах кучевые, в горах — разбросанные. Жилище сырцовое, прямоугольное, с двускатной крышей. Жильём служит одна большая комната, в остальных помещениях — кладовые.

Традиционная мужская одежда — короткие штаны до колен, короткая куртка и пончо из домотканой шерсти. Головной убор — широкополая фетровая шляпа с неглубокой тульей, под которую часто надевается вязаный шлем (чульо). Женщины носят несколько юбок с цветной каймой, причём нижняя юбка длиннее верхних, шерстяную шаль (льиклью), скалываемую на груди большой серебряной брошью. Украшения — из металла, камня, кости, раковин. Большинство кечуа ходят босиком или носят кожаные сандалии. Среди традиционных ритуалов наибольшее значение имеет праздник очистки оросительных каналов. Сохраняются почитание горных вершин, матери-земли Пачамамы, шаманизм, жертвоприношения при полевых работах, строительстве дома и т. д. В фольклоре — сочетание местных (например, истории о трикстере-лисе) и европейских сюжетов; милленаристская идеология отражена в мифе об Инкарри ("Инка-царь"), который должен ожить и уничтожить европейских пришельцев. На основе музыкальных традиций кечуа и аймара сложилась получившая мировую известность современная музыка уайно.

Ю. Е. Берёзкин

Более подробную информацию можно узнать ЗДЕСЬ

Инки - история, культура, легенды

admin — Fri, 30 Jan 2009 05:08:12 GMT

ИНКИ, индейское племя, обитавшее на территории Перу и создавшее незадолго до испанского завоевания обширную империю с центром в Куско, в перуанских Андах. Империя инков, одна из двух империй, существовавших в Новом Свете во времена Колумба (другая – ацтекская), простиралась с севера на юг от Колумбии до Центрального Чили и включала в себя территории нынешних Перу, Боливии, Эквадора, севера Чили и северо-запада Аргентины. Индейцы называли Инкой лишь императора, а конкистадоры применяли это слово для обозначения всего племени, которое в доколумбову эпоху, по-видимому, пользовалось самоназванием «капак-куна» («великие», «прославленные»).

Ландшафты и природные условия бывшей инкской империи отличались большим разнообразием. В горах между 2150 и 3000 м над у.м. расположены умеренные климатические зоны, благоприятные для интенсивного земледелия. На юго-востоке огромная горная цепь разделяется на два хребта, между которыми на высоте 3840 м находится обширное плато с озером Титикака. Это и другие высокогорные плато, простирающиеся к югу и востоку от Боливии вплоть до северо-западных районов Аргентины, называются альтиплано. Эти безлесные травянистые равнины находятся в зоне континентального климата с жаркими солнечными днями и прохладными ночами. На альтиплано жило множество андских племен. К юго-востоку от Боливии горы обрываются и сменяются необозримой ширью аргентинской пампы.

Тихоокеанская береговая полоса Перу, начиная с 3° ю.ш. и вплоть до реки Мауле в Чили, представляет собой сплошную зону пустынь и полупустынь. Причиной тому служит холодное антарктическое течение Гумбольдта, которое охлаждает воздушные потоки, идущие с моря на материк, и не дает им конденсироваться. Однако прибрежные воды очень богаты планктоном и соответственно рыбой, а рыба привлекает морских птиц, чей помет (гуано), покрывающий пустынные прибрежные островки, является исключительно ценным удобрением. Прибрежные равнины, протянувшиеся с севера на юг на 3200 км, в ширину не превышают 80 км. Приблизительно через каждые 50 км их пересекают впадающие в океан реки. В речных долинах процветали древние культуры, развившиеся на основе орошаемого земледелия.

Инкам удалось соединить две различные зоны Перу, т.н. Сьерру (горную) и Косту (береговую), в единое социальное, экономическое и культурное пространство.

Восточные отроги Анд испещрены глубокими лесистыми долинами и бурными реками. Дальше к востоку простираются джунгли – амазонская сельва. Инки называли «юнгас» жаркие влажные предгорья и их обитателей. Местные индейцы оказывали ожесточенное сопротивление инкам, которые так и не смогли их подчинить.

ИСТОРИЯ

Доинкский период. Культура инков сформировалась относительно поздно. Задолго до появления инков на исторической арене, еще в III тысячелетии до н.э., на побережье обитали оседлые племена, которые занимались изготовлением хлопковых тканей и выращивали маис, тыквы и бобы. Древнейшей из великих андских культур считается культура Чавин (12–8 вв. до н.э. – 4 в. н.э.). Ее центр, город Чавин-де-Уантар, расположенный в Центральных Андах, сохранял свое значение даже в инкскую эпоху. Позже на северном побережье развились другие культуры, среди которых выделяется раннеклассовое государство Мочика (ок. 1 в. до н.э. – 8 в. н.э.), создавшее великолепные произведения архитектуры, керамики и ткачества.

На южном побережье процветала загадочная культура Паракас (ок. 4 в. до н.э. – 4 в. н.э.), прославленная своими тканями, бесспорно самыми искусными во всей доколумбовой Америке. Паракас оказала влияние на раннюю культуру Наска, развивавшуюся южнее, в пяти долинах-оазисах. В бассейне озера Титикака ок. 8 в. сформировалась великая культура Тиауанако. Столица и церемониальный центр Тиауанако, расположенный на юго-восточной оконечности озера, выстроены из обтесанных каменных плит, скрепленных бронзовыми шипами. Знаменитые Ворота Солнца высечены из огромного каменного монолита. В верхней части проходит широкий барельефный пояс с изображениями бога Солнца, который истекает слезами в форме кондоров и мифологических существ. Мотив плачущего божества прослеживается во многих андских и береговых культурах, в частности, в культуре Уари, развивавшейся неподалеку от нынешнего Аякучо. По-видимому, именно из Уари шла религиозная и военная экспансия вниз по долине Писко по направлению к побережью. Судя по распространению мотива плачущего бога, с 10 по 13 вв. государство Тиауанако подчинило себе большинство народов Косты. После крушения империи локальные трибальные объединения, освободившиеся от внешнего гнета, создали собственные государственные образования. Самым значительным из них стало воевавшее с инками государство Чиму-Чимор (14 в. – 1463) со столицей Чан-Чан (вблизи нынешнего порта Трухильо). Этот город с огромными ступенчатыми пирамидами, орошаемыми садами и облицованными камнем бассейнами занимал площадь в 20,7 кв. км. Здесь сложился один из центров керамического производства и ткачества. Государство Чиму, распространившее свою власть на протяжении 900-километровой линии перуанского побережья, имело разветвленную сеть дорог.

Таким образом, имея в прошлом древнюю и высокую культурную традицию, инки были скорее наследниками, нежели родоначальниками перуанской культуры.

Первый Инка. Легендарный первый инка Манко Капак основал Куско приблизительно в начале 12 в. Город лежит на высоте 3416 м над у.м. в глубокой долине, пролегающей с севера на юг между двумя крутыми хребтами Анд. Как повествует предание, Манко Капак во главе своего племени пришел в эту долину с юга. По указанию бога Солнца, своего отца, он швырнул золотой жезл себе под ноги и, когда тот был поглощен землей (добрый знак ее плодородия), основал в этом месте город. Исторические источники, частично подтвержденные данными археологии, указывают, что история возвышения инков, одного из бесчисленных андских племен, начинается в 12 в., а их правящая династия насчитывает 13 имен – от Манко Капака до Атауальпы, убитого испанцами в 1533.

Завоевания. Свои владения инки начали расширять с территорий, непосредственно прилегавших к долине Куско. К 1350 в правление Инки Роки они завоевали на юге все земли вблизи озера Титикака, а на востоке – близлежащие долины. Вскоре они продвинулись на север и дальше на восток и подчинили себе территории в верховьях реки Урубамбы, после чего направили свою экспансию на запад. Здесь они столкнулись с ожесточенным сопротивлением племен сора и рукана, но вышли из противостояния победителями. Около 1350 инки навели висячий мост через глубокий каньон реки Апуримак. Ранее ее пересекали три моста на юго-западе, но теперь инки проложили прямой путь от Куско к Андауайлас. Этот мост, самый длинный в империи (45 м), инки называли «уакачака», священным мостом. Неизбежен стал конфликт с могущественным воинственным племенем чанка, которое держало под контролем Апуримакский проход. В конце правления Виракочи (ум. 1437) чанка осуществили внезапный набег на земли инков и осадили Куско. Виракоча бежал в долину Урубамбы, оставив защищать столицу своего сына Пачакутека (букв. «сотрясатель земли»). Наследник блестяще справился с возложенной на него задачей и наголову разгромил врагов.

В правление Пачакутека (1438–1463) инки расширили свои владения к северу до озера Хунин, а на юге завоевали весь бассейн озера Титикака. Сын Пачакутека Тупак Инка Юпанки (1471–1493) распространил власть инков на территорию нынешних Чили, Боливии, Аргентины и Эквадора. В 1463 войска Тупака Инки Юпанки покорили государство Чиму, а его правителей доставили в Куско как заложников.

Последние завоевания совершил император Уайна Капак, пришедший к власти в 1493, год спустя после того, как Колумб достиг Нового Света. Он присоединил к империи Чачапойяс в Северном Перу, на правом берегу реки Мараньон в ее верхнем течении, подчинил воинственные племена острова Пуна близ Эквадора и примыкающего побережья в районе нынешнего Гуаякиля, а в 1525 северная граница империи достигла реки Анкасмайо, где сейчас пролегает граница между Эквадором и Колумбией.

ИНКСКАЯ ИМПЕРИЯ И КУЛЬТУРА

Язык. Кечуа, язык инков, имеет очень отдаленное родство с языком аймара, на котором говорили индейцы, жившие вблизи озера Титикака. Неизвестно, на каком языке общались инки до того, как Пачакутек в 1438 возвел кечуа в ранг государственного языка. Благодаря политике завоеваний и переселений кечуа распространился по территории всей империи, и на нем по сей день говорит большинство перуанских индейцев.

Сельское хозяйство. Первоначально население инкского государства состояло по большей части из земледельцев, которые при необходимости брались за оружие. Их повседневная жизнь подчинялась сельскохозяйственному циклу, и под руководством знатоков они превратили империю в важнейший центр культивации растений. Больше половины всех ныне потребляемых в мире продуктов происходят из Анд. Среди них – свыше 20 разновидностей кукурузы и 240 сортов картофеля, «камоте» (сладкий картофель), кабачки и тыква, различные сорта бобов, маниок (из которого изготовляли муку), перцы, земляные орехи и киноа (дикая гречиха). Важнейшей сельскохозяйственной культурой инков был картофель, способный выдерживать сильные холода и произрастать на высоте до 4600 м над у.м. Попеременно замораживая и размораживая картофель, инки обезвоживали его до такой степени, что превращали в сухой порошок под названием «чуньо». Кукуруза (сара) выращивалась на высоте до 4100 м над у.м. и потреблялась в различных видах: сыром в початках (чокло), подсушенном и слегка поджаренном (кольо), в виде мамалыги (моте) и превращенная в алкогольный напиток (сарайяка, или чича). Для изготовления последнего женщины пережевывали кукурузные зерна и сплевывали мякоть в чан, где образовавшаяся масса под воздействием ферментов слюны перебраживала и выделяла алкоголь.

В ту эпоху все перуанские племена находились приблизительно на одном технологическом уровне. Работы производились сообща. Основным орудием труда земледельца была таклья, примитивная палка-копалка – деревянный кол с обожженным для прочности острием.

Пахотные земли имелись, но отнюдь не в избытке. Дожди в Андах обычно выпадают с декабря по май, но нередки засушливые годы. Поэтому инки орошали земли с помощью каналов, многие из которых свидетельствуют о высоком уровне инженерной мысли. Для предохранение почв от эрозии террасное земледелие использовали еще доинкские племена, а инки усовершенствовали эту технологию.

Андские народы практиковали преимущественно оседлое земледелие и крайне редко прибегали к подсечно-огневому земледелию, принятому у индейцев Мексики и Центральной Америки, при котором очищенные от леса участки засевались на 1–2 года и покидались, как только истощалась почва. Объясняется это тем, что центральноамериканские индейцы не имели натуральных удобрений, за исключением тухлой рыбы и человеческих экскрементов, тогда как в Перу земледельцы побережья располагали огромными запасами гуано, а в горах для удобрения использовался навоз лам (таки).

Ламы. Эти животные семейства верблюдовых произошли от диких гуанако, которые были одомашнены за тысячи лет до появления инков. Ламы переносят высокогорные холода и жару пустынь; они служат вьючными животными, способными нести до 40 кг груза; дают шерсть для изготовления одежды и мясо – его иногда вялят на солнце, называя «чарки». Ламы, как и верблюды, имеют обыкновение опорожняться в одном месте, так что их навоз легко собрать для удобрения полей. Ламы сыграли важную роль в формировании оседлых земледельческих культур Перу.

Социальная организация. Айлью. В основании социальной пирамиды инкской империи находилась разновидность общины – айлью. Она была образована из семейных кланов, которые жили вместе на отведенной им территории, сообща владели землей и скотом и делили между собой урожаи. Практически всякий принадлежал к той или иной общине, в ней рождался и умирал. Общины бывали маленькими и крупными – вплоть до целого города. Инки не знали индивидуального землевладения: земля могла принадлежать только айлью или, позже, императору и как бы сдавалась в аренду члену общины. Каждую осень происходило перераспределение земли – наделы увеличивались или уменьшались в зависимости от размеров семьи. Все сельскохозяйственные работы в айлью производились сообща.

В 20-летнем возрасте мужчинам было положено жениться. Если юноша сам не мог найти себе пару, ему подбирали жену. В низших социальных слоях выдерживалась строжайшая моногамия, тогда как представители правящего класса практиковали многоженство.

У некоторых женщин появлялась возможность покинуть айлью и улучшить свое положение. Речь идет об «избранницах», которых за красоту или особые таланты могли взять в Куско или в провинциальный центр, где их обучали искусству приготовления пищи, ткачеству или религиозным ритуалам. На приглянувшихся «избранницах» нередко женились сановники, а некоторые становились наложницами самого Инки.

Государство Тауантинсуйю. Название империи инков – Тауантинсуйю – буквально означает «четыре соединенные стороны света». Из Куско выходили в разных направлениях четыре дороги, и каждая, независимо от своей длины, носила название той части империи, куда она вела. Антисуйю включала в себя все земли к востоку от Куско – Восточные Кордильеры и амазонскую сельву. Отсюда инкам грозили набеги не усмиренных ими племен. Континсуйю объединяла западные земли, включая покоренные города Косты – от Чан-Чана на севере до Римака в Центральном Перу (местоположение нынешней Лимы) и Арекипы на юге. Кольясуйю, самая обширная часть империи, простиралась на юг от Куско, охватывая Боливию с озером Титикака и отдельные районы современных Чили и Аргентины. Чинчасуйю пролегала на север до Румичаки. Каждой из этих частей империи управлял апо, связанный кровными узами с Инкой и подотчетный только ему.

Десятичная административная система. Социальная и соответственно экономическая организация инкского общества была основана, при тех или иных региональных отличиях, на десятичной административно-иерархической системе. Учетную единицу составлял пурик – взрослый дееспособный мужчина, имеющий домохозяйство и способный платить налоги. Десять домохозяйств имели своего, так сказать, «бригадира» (инки называли его пача-камайок), сотню домохозяйств возглавлял пача-курака, тысячу – мальку (обычно управляющий большой деревней), десять тысяч – губернатор провинции (омо-курака), а десять провинций составляли «четверть» империи и управлялись упомянутым выше апо. Таким образом, на каждые 10 000 домохозяйств приходилось 1331 чиновников различных рангов.

Инка. Нового императора обычно избирал совет членов царской семьи. Прямое престолонаследие соблюдалось не всегда. Как правило, императора выбирали из сыновей законной жены (койя) умершего властителя. У Инки была одна официальная жена при бесчисленном количестве наложниц. Так, по некоторым оценкам, Уайна Капак имел около пятисот одних только сыновей, которым довелось жить уже при испанском господстве. Своих отпрысков, составлявших особый царский айлью, Инка назначал на самые почетные должности. Инкская империя была подлинной теократией, поскольку император был не только верховным правителем и жрецом, но также, в глазах простых людей, полубогом. В этом тоталитарном государстве император имел абсолютную власть, ограниченную лишь обычаями и страхом перед мятежом.

Налоги. Каждый пурик был обязан частично работать на государство. Эта обязательная трудовая повинность называлась «мита». От нее освобождались только государственные сановники и жрецы. Каждый айлью, помимо собственного земельного надела, сообща обрабатывал поле Солнца и поле Инки, отдавая урожаи с этих полей соответственно жречеству и государству. Другой тип трудовой повинности распространялся на общественные работы – добычу полезных ископаемых и строительство дорог, мостов, храмов, крепостей, царских резиденций. Все эти работы производились под надзором знатоков-профессионалов. С помощью узелкового письма кипу велся аккуратный учет за выполнением повинностей каждым айлью. В дополнение к трудовым повинностям каждый пурик входил в отряды сельских блюстителей порядка и в любой момент мог быть призван на войну. Если он уходил на войну, общинники обрабатывали его участок земли.

Колонизация. Для подчинения и ассимиляции завоеванных народов инки вовлекали их в систему трудовых повинностей. Как только инки покоряли новую территорию, они изгоняли оттуда всех неблагонадежных и вселяли кечуа-говорящих. Последние назывались «мита-кона» (в испанской огласовке «митамаэс»). Оставшимся местным жителям не возбранялось блюсти свои обычаи, носить традиционные одежды и говорить на родном языке, однако всем чиновникам вменялось в обязанность знание кечуа. На мита-кона возлагались задачи военные (охрана пограничных крепостей), управленческие и экономические, а кроме того, колонисты должны были приобщать покоренные народы к инкской культуре. Если строящаяся дорога пролегала по совершенно безлюдной местности, в эти районы вселялись мита-кона, обязанные надзирать за дорогой и мостами и тем самым повсюду распространять власть императора. Колонисты получали значительные социальные и экономические привилегии подобно римским легионерам, служившим в отдаленных провинциях. Интеграция покоренных народов в единое культурное и экономическое пространство была настолько глубокой, что до сих пор 7 млн. человек говорят на кечуа, среди индейцев сохраняется традиция айлью, и на огромной территории доныне ощутимо влияние инкской культуры в фольклоре, земледельческой практике, психологии.

Дороги, мосты и курьеры. Держать под единым управлением огромную территорию позволяли отличные дороги с отлаженной курьерской службой. Инки использовали дороги, проложенные предшественниками, и сами построили ок. 16 000 км новых дорог, рассчитанных на любые погодные условия. Поскольку доколумбовы цивилизации не знали колеса, инкские дороги предназначались для пешеходов и караванов лам. Дорога вдоль океанического побережья, протянувшаяся на 4055 км от Тумбеса на севере до реки Мауле в Чили, имела стандартную ширину в 7,3 м. Андская горная дорога была несколько уже (от 4,6 до 7,3 м), зато длиннее (5230 км). На ней было наведено не менее ста мостов – деревянных, каменных либо канатных; четыре моста пересекали ущелья реки Апуримак. Через каждые 7,2 км стояли указатели расстояний, а через 19–29 км – станции для отдыха путешественников. Кроме того, через каждые 2,5 км располагались курьерские станции. Курьеры (часки) передавали известия и приказы по эстафете, и таким образом информация передавалась на 2000 км за 5 дней.

Сохранение информации. Исторические события и предания сохраняли в памяти специально обученные сказители. Инки изобрели мнемоническое средство для хранения информации под названием «кипу» (букв. «узел»). Оно представляло собой веревку или палку, с которой свисали цветные шнурки с узелками. Содержавшуюся в кипу информацию устно пояснял специалист по узелковому письму, кипу-камайок, иначе она осталась бы непонятной. Каждый правитель провинции держал при себе множество кипу-камайок, которые вели дотошный учет народонаселения, воинов, податей. Инки пользовались десятичной системой исчисления, у них существовал даже символ нуля (пропуск узелка). Испанские конкистадоры оставили восторженные отзывы о системе кипу.

Придворные кипу-камайок выполняли обязанности историографов, составляя перечни деяний Инки. Их усилиями создавалась официальная версия истории государства, исключавшая упоминания о достижениях покоренных народов и утверждавшая абсолютный приоритет инков в формировании Андской цивилизации.

Религия. Религия инков была тесно связана с государственным управлением. Бог-демиург Виракоча считался властителем всего сущего, ему помогали божества ниже рангом, среди которых более всего почитался бог солнца Инти. Почитание бога Солнца, ставшего символом инкской культуры, носило официальный характер. Инкская религия включала в себя многочисленные децентрализованные культы богов, олицетворявших природные реалии. Кроме того, практиковалось почитание магических и священных объектов (уака), каковыми могли быть река, озеро, гора, храм, собранные с полей камни.

Религия носила практический характер и пронизывала всю жизнь инков. Земледелие почиталось священным занятием, и все с ним связанное становилось уака. Инки верили в бессмертие души. Считалось, что аристократ, вне зависимости от своего поведения в земной жизни, после смерти попадает в обитель Солнца, где всегда тепло и царит изобилие; что же касается простолюдинов, то туда попадали после смерти лишь добродетельные люди, а грешники отправлялись в своего рода ад (око-пака), где мучились от холода и голода. Таким образом, религия и обычаи воздействовали на поведение людей. Этика и мораль инков сводились к одному принципу: «Ама суа, ама льюлья, ама челья» – «Не воруй, не лги, не ленись».

Искусство. Инкское искусство тяготело к строгости и красоте. Ткачество из шерсти лам отличалось высоким художественным уровнем, хотя и уступало по богатству декора тканям народов Косты. Широко практиковалась резьба из полудрагоценных камней и раковин, которые инки получали от прибрежных народов.

Однако главным искусством инков было литье из драгоценных металлов. Почти все ныне известные перуанские месторождения золота разрабатывались еще инками. Золотых и серебряных дел мастера жили в отдельных городских кварталах и были избавлены от налогов. Лучшие произведения инкских ювелиров погибли в ходе конкисты. По свидетельству испанцев, впервые увидевших Куско, город слепил золотым блеском. Некоторые здания были покрыты золотыми пластинами, имитировшими каменную кладку. Крытые соломой крыши храмов имели золотые вкрапления, имитировавшие соломинки, так что лучи закатного солнца зажигали их блеском, создавая впечатление, будто вся крыша сделана из золота. В легендарном Кориканча, Храме Солнца в Куско, имелся сад с золотым фонтаном, вокруг которого «росли» из золотой «земли» сработанные из золота в натуральную величину стебли маиса с листьями и початками и «паслись» на золотой траве двадцать лам из золота – опять-таки в натуральную величину.

Архитектура. В области материальной культуры самых впечатляющих свершений инки достигли в архитектуре. Хотя инкская архитектура уступает майяской по богатству декора и ацтекской – по эмоциональному воздействию, ей не найдется равных в ту эпоху ни в Новом, ни в Старом Свете по смелости инженерных решений, грандиозным масштабам градостроительства, искусной компоновке объемов. Инкские памятники, даже находящиеся в руинах, изумляют своим количеством и размерами. Представление о высоком уровне инкского градостроительства дает крепость Мачу-Пикчу, выстроенная на высоте 3000 м в седловине между двумя пиками Анд. Инкское зодчество отличается необыкновенной пластичностью. Инки возводили здания на обработанных поверхностях скал, пригоняя каменные блоки друг к другу без известкового раствора, так что строение воспринималось как естественный элемент природного окружения. В случае отсутствия скальных пород использовались обожженные на солнце кирпичи. Инкские мастера умели резать камни по заданным образцам и работать с огромными каменными блоками. Крепость (пукара) Саскауаман, защищавшая Куско, – это, несомненно, одно из величайших творений фортификационного искусства. Длиной в 460 м, крепость состоит из трех ярусов каменных стен общей высотой 18 м. Стены имеют 46 выступов, углов и контрфорсов. В циклопической кладке фундамента встречаются камни весом более 30 т со скошенными краями. На строительство крепости ушло не менее 300 000 каменных блоков. Все камни – неправильной формы, но пригнаны друг к другу так прочно, что стены выдержали бесчисленные землетрясения и сознательные попытки разрушения. В крепости имеются башни, подземные переходы, жилые помещения и внутренняя система водоснабжения. Инки начали строить в 1438 и закончили через 70 лет, в 1508. По некоторым оценкам, в строительстве было задействовано 30 тыс. человек.

ПАДЕНИЕ ИНКСКОЙ ИМПЕРИИ

До сих пор трудно понять, каким образом жалкая горстка испанцев могла завоевать мощную империю, хотя на сей счет выдвигается множество соображений. К тому времени ацтекскую империю уже завоевал Эрнан Кортес (1519–1521), но инки об этом не знали, поскольку не имели никаких прямых контактов с ацтеками и майя. О белых людях инки впервые услыхали в 1523 или 1525, когда некий Алехо Гарсия во главе индейцев племени чиригуано напал на сторожевой пост империи в Гран-Чако, засушливой низменности на юго-восточной границе империи. В 1527 Франсиско Писарро ненадолго высадился в Тумбесе на северо-западном перуанском побережье и вскоре отплыл, оставив двоих из своих людей. После этого Эквадор опустошила эпидемия оспы, которую занес один из этих испанцев.

Император Уайна Капак умер в 1527. По преданию, он сознавал, что империя слишком велика, чтобы управлять ею из одного центра в Куско. Сразу после его смерти разгорелся спор за престол между двумя из его пятисот сыновей – Уаскаром из Куско, отпрыском законной жены, и Атауальпой из Эквадора. Вражда между кровными братьями вылилась в пятилетнюю опустошительную гражданскую войну, в которой Атауальпа одержал решительную победу всего за две недели до второго появления Писарро в Перу. Победитель и его 40-тысячное войско отдыхали в провинциальном центре Кахамарке на северо-западе страны, откуда Атауальпа собирался идти в Куско, где должна была состояться официальная церемония его возведения в императорский сан.

Писарро прибыл в Тумбес 13 мая 1532 и двинулся в Кахамарку со 110 пешими и 67 конными воинами. Атауальпа был осведомлен об этом из донесений разведки, с одной стороны точных, с другой – тенденциозных по интерпретации фактов. Так, разведчики уверяли, что кони не видят в темноте, что человек и конь – единое существо, которое при падении уже не способно сражаться, что аркебузы испускают лишь громы, да и то лишь дважды, что испанские длинные стальные шпаги совершенно негодны для битвы. Отряд конкистадоров на своем пути мог быть уничтожен в любом из ущелий Анд.

Заняв Кахамарку, защищенную стенами с трех сторон, испанцы передали императору приглашение прибыть в город на встречу с ними. До сих пор никто не может объяснить, почему Атауальпа дал завлечь себя в ловушку. Он прекрасно знал о силе чужеземцев, причем излюбленным тактическим приемом самих инков была именно засада. Возможно, император был движим какими-то особыми побуждениями, недоступными пониманию испанцев. Под вечер 16 ноября 1532 Атауальпа явился на площадь Кахамарки во всем великолепии императорских регалий и в сопровождении многочисленной свиты – правда, безоружной, как того потребовал Писарро. После короткой невнятной беседы между инкским полубогом и христианским священником испанцы набросились на индейцев и за полчаса перебили почти всех. Во время резни из испанцев пострадал один лишь Писарро, случайно раненный в руку своим же солдатом, когда заслонял Атауальпу, которого хотел взять в плен живым и невредимым.

После этого, если не считать нескольких ожесточенных стычек в разных местах, инки фактически не оказывали завоевателям серьезного сопротивления вплоть до 1536. Плененный Атауальпа согласился выкупить свободу, наполнив комнату, где его содержали, дважды серебром и один раз золотом. Однако императора это не спасло. Испанцы обвинили его в заговоре и в «преступлениях против испанского государства» и после короткого формального суда 29 августа 1533 удушили гарротой.

Все эти события ввергли инков в состояние странной апатии. Испанцы, почти не встречая сопротивления, дошли по великой дороге до Куско и 15 ноября 1533 взяли город.

Новоинкское государство. Манко Второй. Сделав бывшую инкскую столицу Куско центром испанского правления, Писарро решил придать новой власти вид легитимности и для этого назначил внука Уайна Капака Манко II преемником императора. Новый Инка не имел никакой реальной власти и подвергался постоянным унижениям со стороны испанцев, но, вынашивая планы восстания, проявлял терпение.

В 1536, когда часть конкистадоров под водительством Диего Альмагро отправилась в завоевательную экспедицию в Чили, Манко под предлогом поиска императорских сокровищ выскользнул из-под надзора испанцев и поднял восстание. Момент для этого был выбран благоприятный. Альмагро и Писарро во главе своих сторонников затеяли спор о разделе военной добычи, вскоре переросший в открытую войну. К тому времени индейцы уже ощутили на себе ярмо новой власти и поняли, что избавиться от него смогут только силой.

Уничтожив всех испанцев в окрестностях Куско, четыре армии 18 апреля 1536 обрушились на столицу. Обороной города руководил опытный солдат Эрнандо Писарро, брат Франсиско Писарро. В его распоряжении имелось лишь 130 испанских солдат и 2000 индейских союзников, но он проявил незаурядное военное искусство и выдержал осаду. Одновременно инки атаковали Лиму, основанную Писарро в 1535 и объявленную новой столицей Перу. Поскольку город окружала равнинная местность, испанцы успешно использовали кавалерию и быстро разбили индейцев. Писарро послал на подмогу брату четыре отряда конкистадоров, но они так и не смогли пробиться к осажденному Куско. Трехмесячная осада Куско была снята из-за того, что многие воины покинули армию Инки в связи с началом земледельческих работ; к тому же к городу приближалось возвратившееся из Чили войско Альмагро.

Манко II и тысячи преданных ему людей отступили на заранее подготовленные позиции в горном массиве Вилькабамба к северо-востоку от Куско. С собой индейцы унесли сохранившиеся мумии прежних инкских правителей. Здесь Манко II создал т.н. Новоинкское государство. С целью защиты южной дороги от военных вылазок индейцев Писарро устроил военный лагерь Аякучо. Тем временем продолжалась гражданская война между воинами Писарро и «чилийцами» Альмагро. В 1538 Альмагро был захвачен в плен и казнен, а три года спустя его сторонники убили Писарро. Во главе враждующих партий конкистадоров встали новые вожди. В битве при Чупасе неподалеку от Аякучо (1542) Инка Манко помогал «чилийцам», а когда те потерпели поражение, приютил в своих владениях шестерых испанских беглецов. Испанцы обучили индейцев верховой езде, владению огнестрельным оружием и кузнечному делу. Устраивая засады на императорской дороге, индейцы добывали оружие, доспехи, деньги и смогли экипировать небольшую армию.

Во время одного из таких набегов в руки индейцев попала копия принятых в 1544 «Новых законов», с помощью которых король Испании пытался ограничить злоупотребления конкистадоров. Ознакомившись с этим документом, Манко II послал одного из своих испанцев, Гомеса Переса, на переговоры с вице-королем Бласко Нуньесом Вела. Поскольку распря между конкистадорами продолжалась, вице-король был заинтересован в компромиссе. Вскоре после этого испанцы-ренегаты, обосновавшиеся в Новоинкском государстве, рассорились с Манко II, убили его и были казнены.

Сайри Тупак и Титу Куси Юпанки. Во главе Новоинкского государства стал сын Манко II – Сайри Тупак. В его правление границы государства расширились до верховий Амазонки, а население увеличилось до 80 тыс. человек. В дополнение к большим стадам лам и альпак индейцы развели изрядное поголовье овец, свиней и крупного рогатого скота.

В 1555 Сайри Тупак развернул военные действия против испанцев. Свою резиденцию он перенес в более теплый климат долины Юкай. Здесь он был отравлен приближенными. Власть наследовал его брат Титу Куси Юпанки, который возобновил войну. Всякие попытки конкистадоров покорить независимых индейцев были напрасны. В 1565 фрай Диего Родригес побывал в цитадели инков в Вилькабамбе с целью выманить правителя из укрытия, но его миссия не имела успеха. Его донесения о нравах царского двора, численности и боеготовности воинов дают представление о силе Новоинкского государства. На следующий год другой миссионер повторил подобную попытку, но в ходе переговоров Титу Куси заболел и умер. В его смерти обвинили монаха, который был казнен. Впоследствии индейцы убили еще нескольких испанских послов.

Тупак Амару, последний Верховный Инка. После смерти Титу Куси к власти пришел еще один из сыновей Манко II. Испанцы решили покончить с цитаделью в Вилькабамбе, проделали бреши в стенах и после ожесточенной битвы взяли крепость. Тупак Амару и его военачальники, скованные ошейниками, были доставлены в Куско. Здесь в 1572 на главной городской площади при стечении большого количества народа они были обезглавлены.

Испанское господство. Колониальные власти Перу сохранили некоторые административные формы инкской империи, приспособив их для собственных нужд. Колониальная администрация и латифундисты управляли индейцами через посредников – общинных старост «курака» – и не вмешивались в повседневную жизнь домохозяев. Испанские власти, подобно инкским, практиковали массовые переселения общин и систему трудовых повинностей, а также сформировали из индейцев особый класс прислуги и ремесленников. Коррумпированные колониальные власти и отличавшиеся непомерной жадностью латифундисты создавали невыносимые условия для индейцев и провоцировали многочисленные восстания, происходившие на протяжении всего колониального периода.

ЛИТЕРАТУРА
Башилов В. Древние цивилизации Перу и Боливии. М., 1972
Инка Гарсиласо де ла Вега. История государства инков. Л., 1974
Зубрицкий Ю. Инки-кечуа. М., 1975
Культура Перу. М., 1975
Березкин Ю. Мочика. Л., 1983
Березкин Ю. Инки. Исторический опыт империи. Л., 1991

Стихи перуанских поэтов

admin — Tue, 27 Jan 2009 05:22:26 GMT

Хосе Сантос Чокано

СПЯЩИЙ КАЙМАН

Стволом, который бурею примчало,
лежит кайман на берегу пустом:
громада с ужасающим хвостом,
бездонный зев и позвонки что скалы.

Переливает панцирь небывалый,
и на мысу, лучами залитом,
он дремлет в ореоле золотом
чудовищем из тяжкого металла.

Застыв над вечереющей рекой
подобием языческого бога
в железных кольцах радужной брони,—

он словно принц во власти колдовской,
что узником подводного чертога
томится нескончаемые дни.

(перевод.....)

ЛЮБОВЬ СЕЛЬВЫ

Я стать хочу ничтожным пауком,
вокруг тебя плетущим паутину,
чтобы опутать ею, как вьюнком
твоих волос цветущую вершину.

Стать червяком, отдать машинам нить,
которую я прял в терпенье долгом,
чтоб в ткань тугую стан твой заточить,
твое дыханье чувствуя под шелком.

Когда ж сумеет совладать душа
с безудержным гореньем, с жаром диким,
я захочу преодолеть, спеша,
ступени между малым и великим!

Стать деревом - укрыть тебя в тени,
прижать тебя к своей расцветшей кроне,
ковер из листьев постелить - усни,
упав в мои горячие ладони.

Стать омутом - спиралью скользких струй
скрутить тебя и, на устах любимых
запечатлев бездонный поцелуй,
похоронить навек в своих глубинах.

Я - лес: найди дорогу сквозь туман!
Я - грот: зажги свечу под сводом ночи!
Я - кондор, ягуар, удав, кайман...
Лишь прикажи, я стану всем, чем хочешь!

Став кондором, я взмою к облакам,
поймаю клювом луч, что в небе реял,
и, вниз слетев, крыло тебе отдам,
чтоб из него ты смастерила веер.

Удавом став, я торс твой обовью,
браслетами сомкну твои запястья
и, сдавливая красоту твою
кольцом смертельным, сам умру от счастья.

Кайманом став, я, как дракон у стоп
прекрасной феи, лягу на пороге
и буду злобно скалить зубы, чтоб
никто не смел войти в твои чертоги.

Я стану ягуаром и, любя,
тебя похищу, увлеку в чащобы
и раздеру зубами тело, чтобы
увидеть, есть ли сердце у тебя.

Перевод Владимира Резниченко

СПЯЩИЙ КАЙМАН

Кайман - как кряж на берегу нагретом,
куда его забросил мощный шквал:
пасть - пропасть, хвост - зубчатый гребень скал,
он страх внушает и, облитый светом,

плетущим нимбы, кажется одетым
в шишак и латы, в блещущий металл -
железный исполин, от чьих зеркал
отскакивает солнце рикошетом.

Недвижен, как кумир в оковах сна,
в тяжелую кольчугу облаченный,
у темных вод, застывших от тоски,

как рыцарь, пленник злого колдуна,
томится он, навеки заточенный
в хрустальном замке вымершей реки.

Перевод Владимира Резниченко

Карлос Херман Бельи

СЕКСТИНА О НЕСОРАЗМЕРНОСТИ

Я в гордую влюбляюсь кобылицу,
вселившись в шкуру глупого осла,
тянусь ветвями к благородной розе,
переодевшись неказистым вязом,
а между тем, преображаясь в утро,
лучом холодную ласкаю ночь.

Меня всегда пленяли тайны ночи
и буйные повадки кобылицы,
но мгла уходит, лишь забрезжит утро,
а лошади противен я, осел,
который, даже став высоким вязом,
не смог прельстить изысканную розу.

А сколько грезил я об этой розе,
как жаждал влиться светом в сердце ночи!
Но тщетно: ночь бежит от утра, вяз
осмеян розой, резвой кобылицы
настичь не смог медлительный осел,
оставшись неприкаянным, как утро.

Уж если ночь отвергла светоч утра
и пышный вяз сочла убогим роза,
то кто ж полюбит бедного осла?
Пусть так! И все же смилостивись, ночь,
будь ласковей к ослу, о кобылица,
не смейся, злой цветок, над старым вязом!

Но нет! Ты зря пощады просишь, вяз -
ночь никогда не сжалится над утром,
к ослу нежна не будет кобылица,
и вновь меня шипами встретит роза,
поскольку с розой, так же, как и с ночью,
несовместимы утро, вяз, осел.

Что ж, пусть по всем приметам я - осел,
в душе себя я ощущаю вязом,
когда, нагнувшись над обрывом ночи,
мечтаю жизнь, короткую, как утро,
что так длинна в сравненье с жизнью розы,
отдать во славу дивной кобылицы.

И впредь не вязом, ослепленным розой,
и не ослом, влюбленным в кобылицу,
а утром быть, преследующим ночь.

Перевод Владимира Резниченко

СТИХОТВОРЕНИЕ

Не в ласках рук, не в поцелуях губ
и не в сплетенье наших тел невинных
любовь, доставшаяся нам с тобой:
она горит в прикосновенье взглядов,
таясь в прозрачных недрах наших глаз,
и с нетерпеньем ждет, когда же смерть
придет, похитив кости, зубы, ногти,
и наши взгляды в опустевшем мире
останутся наедине друг с другом,
как две звезды, сошедшие с орбит,
чтобы в одну звезду соединиться.

Перевод Владимира Резниченко

Мануэль Гонсалес Прада
(1848-1918)

ПЕСНЯ

Рай манящий и запретный,
боль, не знающая сна...
Ты всегда обнажена,
рана страсти безответной.
Им, познавшим торжество,
тем сердцам, победой пьяным,
не изведать — каково
нелюбимым, нежеланным.
У двери забвенья тщетно
ждет страдалец неприметный -
перед ним глуха она,
и навек обнажена
рана страсти безответной.

Перевод ...